Кошачий клавесин
А знаете ли вы, что в средние века даже музыка была подчас весьма жестока? Например, по некоторым сведениям, у короля Испании Филиппа II был очень необычный музыкальный инструмент. Назвался он «кошачий клавесин». Представлял он собой длинный ящик, разделенный перегородками на четырнадцать отсеков. В отсеки сажали предварительно отобранных кошек. Отбор заключался в «прослушивании». Животным наступали на хвосты, а «настройщик» по высоте голоса распределял страдалиц по отсекам. Головы несчастных высовывались в отверстия, а хвосты были жестко закреплены под клавиатурой.
При нажатии на клавишу острая игла впивалась кошке в хвост, животное кричало. Придворные по очереди «наигрывали» мелодии и пытались брать аккорды.
Такая жестокость по отношению к пушистым созданиям объяснялась тем, что церковь объявила кошек посланницами сатаны и помощниками. А животное черного цвета имело очень мало шансов на долгую жизнь.
А знаете ли вы, что автором стихов одной из самых известных песен, исполненных в фильме «Жестокий романс», является Редьярд Киплинг? Речь идет о песне «За цыганской звездой», больше известной в народе как «Мохнатый шмель». Текст для песни был создан «по мотивам» стихотворения Киплинга – «За цыганской звездой» в переводе Г. Кружкова. «По мотивам» – потому что текст стихотворения был очень сильно сокращен, некоторые куплеты скомпилированы из строф оригинала.
А знаете ли вы, что своей популярностью сигареты «Мальборо» не в последнюю очередь обязаны такому известному фильму как «Великолепная семерка» (классический вестерн Джона Стерджеса 1960 года, который стал новым «прочтением» философской драмы Акиры Куросавы «Семь самураев» 1954 года). Дело в том, что вскоре после бешеного успеха этого фильма, в 1963 году, концерн Мальборо приобрел права на саундтрек (который, между прочим, выдвигался на Оскар) к нему, и на телевидении появился знаменитый ролик Мальборо под не менее знаменитую музыку Элмера Бернстайна из «Великолепной семерки» – «Приезжай туда, где истинный аромат – в страну Мальборо». Компания Мальборо хорошо потратила деньги – этому ролику суждено было стать одним из самых известных рекламных роликов, а ковбои (да и вообще, настоящие мужчины) с этого времени в глазах публики прочно ассоциировались с сигаретами «Мальборо». До сих пор, заглавную музыкальную тему из фильма часто называют «темой Мальборо».
А знаете ли вы, что можно стать исполнителем классической музыки, не зная нотной грамоты? Конечно в современной музыкальной жизни это скорее исключение из правила. Самым известным таким исключением был Лучано Паваротти, не скрывавший, что почти не умеет читать ноты. Слух и собственная система разучивания оперных партий помогли ему несмотря ни на что стать одним из величайших теноров XX века. Но все-таки верность нотному оригиналу сегодняшние исполнители считают чем-то само собой разумеющимся.
А знаете ли вы, что камертон, по которому настраиваются симфонические оркестры, со временем звучит все выше? Название «камертон» пришло из тех времен, когда существовало строгое отличие музыки, звучащей в храмах и – в дворцовых залах, «камерах». Соответственно, для настройки существовал церковный тон и «камер-тон». Долгое время камертон не был единым. В XVII и XVIII веках в Германии он был ниже, чем в Италии, но выше, чем во Франции. Вивальди, поэтому, звучал выше, чем Бах.
А знаете ли вы, что отец оперетты Флоримон Эрве (1825-1892) написал свою лучшую оперетту «Мадмуазель Нитуш» по сюжету собственной жизни? Как и герой оперетты Флоридор – Селестен (в советском фильме «Небесные ласточки» его играл А. Миронов), ее автор Флоримон Ренже (Эрве – псевдоним) ведет двойную жизнь. В пьесе Флоридор, вечером сочиняя веселую музыку, днем разучивает хоралы в пансионе-монастыре для девушек. А в жизни Флоримон играет на органе в церкви Бисетра – самой известной в Париже психиатрической лечебницы. Чтобы не утруждать пациентов длинными песнопениями, молодой органист сочиняет для них небольшие «контатки». Эти «музыкальные пилюли» даже помогали больным выйти из затяжной депрессии.
А знаете ли вы, что в мире классической музыки до сих пор возможны открытия? Казалось бы, наследие Антонио Вивальди (1678-1741 гг.) известно поклонникам классики до последней ноты, но, оказывается, в его творчестве есть и белые пятна.
